Мятеж-война и битва за душу воюющего народа
Сергей Анчуков
Зададим себе вопрос, почему в двух мировых войнах, между ними и особенно в последнее время конфликты тесно сплетались с военными мятежами, военные мятежи - с локальными войнами? Почему их участниками все чаще выступают не только вооруженные силы, правительства и камботанты, полицейские силы и органы стратегического управления, полувоенные так называемые ⌠народные■ движения и фронты, повстанческие формирования бандитского толка, полукриминальные, адаптированные под власть организации, принимающие все более легитимный характер? Почему этому сопутствуют: беспричинная злоба и жестокость, путаница идеологий и полная безыдейность, принципиальный протест и бессмысленный бунт? Размышляя над этими вопросами, можно сделать весьма простой вывод: все это иначе как мятежом (*) назвать нельзя, и сегодня мы оказались свидетелями появления новой формы военных конфликтов - ⌠мятеж-войны■.
Следуя этим рассуждениям полковника Генерального штаба императорской России Э.А.Месснера, предвосхитившим нашу действительность, нельзя не согласиться с тем, что ⌠пушки большой войны умолкли в мае 1945 года, но мятеж ширился, развивался и, наконец, в наше время приобрел такие масштабы, силу, напряженность и ⌠популярность■, что не увидеть в нем новую форму применения вооруженной силы, ⌠мятеж-войну■ и ⌠сражение за душу народа■, невозможно...■
Более того, наряду с прямой интервенцией, экспортом революций и мятежей, за современным миротворчеством, гуманитарными, антитеррористическими и иными ⌠специальными операциями■, за экономическими санкциями, за наступлением криминалитета, за взрывами в мирных городах и политическими убийствами просматривается лик современной всемирной, в том числе глобальной информационной войны. Ее контуры явно обозначились в действиях НАТО, но остается не исследованной мятеж-война, а военная стратегия для России не определена доктринально.
Прямое психологическое воздействие как вспомогательное средство давления на народы, всегда принималось в расчет при достижении стратегических целей. Постепенно ранее вспомогательные средства давления на народные массы приобретали все большее значение. И если в прошлом устрашение террором, тактика ⌠выжженной земли■, ⌠ковровые бомбардировки■ и ⌠повстанческие■, подконтрольные извне подрывные действия ⌠пятой колонны■ только способствовали достижению целей, то сегодня они приобретают значение решающего фактора разгрома противника с наибольшим эффектом. ⌠Специальные операции■ все более становятся сопоставимыми по размаху и результатам с ⌠войсковыми операциями■ войной в ее традиционном понимании.
В сфере действия ⌠всемирной мятеж-войны■ и в ее власти оказались не только границы Советского Союза в прошлом, но и практически вся территория России. Эта война начата не 10 лет назад, гораздо раньше. В действительности она является перманентной и никогда не прекращалась.
В своем повествовании, мы вернемся всего лишь на сотню лет назад, когда не было еще вполне понятно, что ожидает Россию на рубеже тысячелетий.
Действительно, в обыденном понимании мировая война это прошлое, но и жестокое настоящее. Реалии наших дней свидетельствует о том, что будущее может оказаться еще более удивительным для разделенного границами русского народа, не сознающего опасность и неготового к войне, лишенного способности противостоять потрясениям и катаклизмам последних лет.
Сегодня действительно зарождается новая стратегия подготовки и ведения войн будущего.
При общей цели - разгром воюющего народа, иерархия задач в мятеж-войне против России (по Месснеру) выглядит следующим образом:
- развал морали русского народа, в том числе интернационализацией его сознания;
- идейный разгром национально мыслящей, активной части народа;
- захват и контроль ключевых объектов, имеющих для русских моральную ценность;
- развал сложившихся союзов прорусской (пророссийской) направленности;
- прямое уничтожение материальных объектов, имеющих для русских жизненно важное значение в качестве системы обеспечения национальной безопасности.
Очевидно, что три первые задачи можно объединить одной подцелью - идейное разоружение народа. Средством решения этой задачи является пропаганда словом и делом. ⌠Пропагандистские акции■, например устрашение прямым террором, приобретают сегодня решающее значение, а пропаганда словом оборачивается полномасштабной информационной войной.
Естественно, что эта война имеет противоположные по направленности (но не содержанию) цели и задачи в отношении собственных народов, например стран НАТО в ⌠войне■ против России. Но если террор практически не маскируется, то информационная война строится на ⌠двойных стандартах■: одни слова и доводы предназначены для своих, другие - для чужих. Пропаганда становится все более изощренной и многоликой, а вовлеченность населения в мятеж-войну поистине массовой и глобальной. Это порождает полную безответственность организаторов и прямых участников мятежа и, как ни странно всенародную ответственность. Действительно, для мятеж-войны не существует административно-территориальных, организационных, психологических и моральных границ. Для нее уже давно нет разделения между населением и вооруженными силами, правоохранительными структурами и бандитами, между государственным аппаратом и оргпреступностью. В каком бы виде они не выступали.
Очевидно, что задавшись целью подавить мятеж придется бороться не только на ⌠оккупированной■, но и на своей собственной территории. Бороться всерьез не только против армий явного противника, но и против вездесущего, невидимого и по тому особенно опасного врага - разложения. Поветрие всеобщего разложения рождает в душах людей равнодушие к собственной судьбе, отвращение к военным обязанностям и даже намеренное стремление вредить воюющей армии. Армию в буквальном смысле нужно беречь не только от ⌠малярийных комаров пацифизма■, но и от ⌠паразитов■ политиканов, проповедующих и упорно продвигающих идеи разложения.
Нет сомнения в том, что противодействие мятеж-войне требует продуманного обращения с психикой воюющего народа - главного фактора победы. Не только воинская дисциплина армии, но и мужественное поведение населения побуждает войска стойко переносить тяготы военных действий и временные неудачи в ожидании победы. Примером подобного рода мужественности перед лицом действительной, а не мнимой опасности. остается история ⌠советского народа■. Но если эта ⌠мужественность воюющего народа■ подорвана пацифизмом и демократией, снижением авторитета власти и офицера, в деле защиты отечества задавлена прагматизмом призывников и родителей, профанирована нервозностью политиков, апатией бедных и эгоизмом богатых, начисто смазана женоподобной истеричностью мужчин и распущенностью женщин, то можно с уверенностью предсказать поражение России не только в информационных, но и в настоящих военных сражениях третьей всемирной войны.
Ни какими материальными благами не заменить военную доблесть, мужество и дух, которые народ развивает всю жизнь, всем бытом и самим ритуалом военной службы. В результате получается суворовская ⌠надежда на себя■, как основа храбрости, стойкости, чести и героизма. Всего этого до обидного мало в современном российском обществе и в армии. Еще меньше доблести в профессиональной армии США и не может быть чести в чеченских бандформированиях.
Не стоит требовать от всех участников мятеж-войны больших усилий, чем допускают их психологические свойства, характер и условия обеспечения внутренней безопасности.
В этом нет ничего нового, все, как бы известно с древних времен. Ново лишь в том, что присутствует небывалое ранее разнообразие субъектов войны, в числе которых не только ⌠доблестные соединения■ армии и бесчестные бандформирования, но и ⌠народно-революционные фронты (движения)■, которые никакого отношения к народу не имеют.
Президент, политик и военный стратег, особенно в России, должен с большой осторожностью направлять свой военно-политический воз. В условиях мятеж-войны военно-политическое руководство вдвойне должно опасаться свалить государственный воз своими неосмотрительными действиями. ⌠Трагедия современных политиков в том, что они невольно или умышленно оказались ⌠чужими среди своих и своими среди чужих■.
Любая стратегия, не исключение и стратегия мятеж-войны, кроме того, всегда стоит перед выбором средств, способов достижения целей.
Очевидно, что формула ⌠для войны нужны деньги, деньги и деньги■, сегодня требует уточнения. Для современной войны нужны дух, мужество и┘ деньги для подрыва воли и духа народа.
Русский народ всю свою историю был воюющим народом.
Истощение и подрыв духа были немаловажном причиной поражения России в войнах прошлого, может быть это является основной причиной разгрома СССР в настоящем и будет главным фактором полного поражения России в будущем.
Стратегия ведения борьбы Россией в мятеж-войне - реализация ее собственных интересов и престиж духа. Но насколько стратеги, сочиняя бесчисленные концепции и доктрины, бережно относятся к психике народа?
Стратегия мятеж-войны - действительно отклонение от догм классического военного искусства, и поэтому требует неординарного анализа и прогноза. Но насколько современные аналитики, политологи и исследователи соответствуют требованиям ее требованиям?
Чтение предложенного читателю повествования требует полного осознания изложенного выше солидарного мнения полковников Генерального штаба имперской и ⌠постсоветской■ России о мятеж-войне, которая как глобальное явление имеет прямое отношение к советско-финскому военно-политическому конфликту 1939-1940 годов и к ⌠войне продолжению■ 1941-1944 годов.
